Одиночество для мужчин это спасение
«.. Я часто думаю о том, что мы живем в эпоху, когда понятия, казавшиеся незыблемыми, вдруг начинают стремительно обесцениваться.
Город диктует свои правила, социальные связи стали строится на основе выгоды, в не духовности.
Я не пишу про фронт и опасности, я пишу про город, где все благополучно.
Традиции ушли, связи мужу людьми стали слабыми
Или, по крайней мере, кардинально поменяли свое содержание.
Возьмем, к примеру, традиционную семью. Для кого-то это по-прежнему тихая гавань, а для все большего числа мужчин, как выясняется, — зона повышенного риска.
Современный мужчина все чаще осознает себя не как главу рода, защитника и добытчика в высоком смысле этого слова, а как ресурс.
Мужчина для женщины это проект. Функция
#отношения #семья #дети
Функция, которую можно использовать, а по исчерпании — заменить.
И парадокс заключается в том, что такое отношение, увы, часто легитимизируется самой правовой системой и социальными нормами.
Давайте будем честны: семейное законодательство, во многом сформированное под давлением эмоциональной риторику депутатов, которым отчаянно хочется припасть к кормушке, создало ситуацию, при которой вступление в брак для мужчины превращается в акт экономического и правового самоуничижения.
Почему я так категоричен? Потому что мы видим статистику. 80 процентов разводов инициируют женщины.
Почему? Потому что развод для женщины стал экономически выгоден. Для многих это бизнес
Это не цифры, это маркер. Это говорит о том, что механизм «выхода» с минимальными потерями для одной из сторон отлажен до совершенства.
Мне часто приходилось беседовать с людьми, прошедшими через это. И, знаете, их объединяет не столько горечь от расставания, сколько глубокая, экзистенциальная обида от осознания собственной уязвимости.
Представьте себе: человек вкладывает годы, силы, средства в общий дом.
А в итоге, после развода, он оказывается «ни с чем» — не в переносном, а в самом прямом смысле.
Квартира, которую он выплачивал ипотеку, остается у бывшей жены, алименты обязывают его содержать бывшую жену (, потому что масса женщин тпятчт на свои хотели деньги предназначены для детей) и детей, причем сам факт отцовства часто превращается в инструмент давления.
И тогда возникает закономерный вопрос: а зачем?
Зачем мне, мужчине, который уже однажды прошел через процедуру публичного унижения в суде, через историю, когда твоя собственная жизнь делится пополам, зачем мне снова идти на этот риск?
Нам любят говорить:
Это страх ответственности, это инфантильность
Но я бы назвал это иначе. Это рациональный эгоизм. Человек, особенно в возрасте, когда он уже чего-то добился, начинает считать. Он считает не только деньги, но и душевные затраты. И сравнивает: постоянная тревога, необходимость соответствовать чужим ожиданиям, риск потерять нажитое — или тишина, возможность распоряжаться собой и своим временем.
Появляется, как это цинично ни звучит, математика отношений. Человек прикидывает: регулярные встречи без обязательств обходятся дешевле и, что важнее, психологически безопаснее, чем жизнь под одной крышей с человеком, который транслирует тебе идею «ты мне должен» . Должен по факту своего присутствия.
И это, как мне кажется, трагедия не столько мужская, сколько общая. Потому что демография — это не просто цифры в отчетах.
Это пустующие детские сады, несостоявшиеся судьбы. Но вместо того чтобы искать виноватых, может быть, стоит задать себе более сложный вопрос?
Мы кричим о равноправии, но не замечаем, как оно превратилось в свою противоположность. Женщины получили права, но зачастую так и не получили той самой ответственности, которая эти права уравновешивает. Мужчины же получили обязанности, лишившись возможности влиять на условия, в которых эти обязанности исполняются.
Вот он, главный парадокс. Нас учат, что семья — это союз. Но союз подразумевает равные переговорные позиции.
А сегодня мужчина вступает в брак как викинг, который заходит в мебельный магазин. Он есть.
Он может быть могуч и опасен, но здесь он — просто предмет интерьера. И если он пытается напомнить, что он не кресло, а человек со своими границами, он моментально получает ярлык «тирана» или «абьюзера» .
И эта социальная стигма работает безотказно.
Поэтому выбор одиночества — это не всегда «не сложилось» . Для многих это осознанная стратегия сохранения себя. Сбережение своих нервов, капитала, и, если хотите, достоинства.
Что с этим делать? Я не знаю.
Но мне кажется, что попытки решить демографическую проблему через ужесточение алиментной политики или через морализаторство (надо рожать) — это путь в никуда.
Пока мужчина видит в ЗАГСе не начало совместного пути, а вход в юридическую кабалу, никакие призывы «во имя будущего страны» не сработают.
Помогать надо не женщинам с детьми — это история про социальную помощь.
Помогать надо мужчинам, у которых еще нет детей. Создавать условия, при которых институт семьи перестанет ассоциироваться с потерей себя.
Нужно возвращать понятие уважения, которое в нашем правовом поле сегодня заменено понятием «обязательство» .
А пока этого не произошло, мы будем жить в эпоху одиночек. Умных, самодостаточных, расчетливых одиночек. Которые, возможно, и хотели бы любить, но слишком хорошо выучили уроки прошлого, чтобы снова рисковать.
—
Изображение: Зорикто Доржиева
Если Вам понравился рассказ и Вы нашли для себя пользу, можно поддержать проект Донатом по ссылке:
Поддержать проект Донатом <
—-
Мои Книги Здесь
